• Восстановим порушенные святыни!

  • Расчетный счет на пожертвование для восстановления Троицкого собора г.Клин

Клинская Пушкиниана Первые свидания с Клином

Валентин Стариков
Александр Сергеевич Пушкин…За всю свою жизнь он провёл в городе Клину и Клинском уезде более двух суток. Читатель может засомневаться: не слишком ли много мы отводим времени для знакомства Пушкина с Клинским краем, учитывая, что великий поэт ценил своё время?
Ответим: нет, не слишком, да, возможно, и больше.

Просто мы учитываем трудности тогдашних дорожных условий и услуг, которые сократить в то время не было никакой возможности. Представить это можно легко: сами дороги оставляли желать лучшего.
Добавьте сюда нерасторопность и бюрократию обслуживающего персонала казённых почтовых станций, отсутствие в нужный момент свободных, отдохнувших ямщицких лошадей и усталость собственных лошадей, если ехали “своим коштом”.

Всё это – только некоторые проблемы, с которыми встречались в дороге путешественники.
А если добавить к тому ещё частые поломки колёс, осей и рессор, недомогание и усталость самих путешествующих, желание их “подкрепиться” в придорожном трактире, то полную картину проезда московских и санкт-петербургских гостей через Клин может получить каждый читатель.

Недаром однажды Александр Сергеевич надёжно увековечил дороги своего времени в седьмой главе романа “Евгений Онегин”:
Сейчас у нас дороги плохи,
Мосты забытые гниют,
На станциях клопы да блохи
Заснуть минуты не дают;
Трактиров нет. В избе холодной
Высокопарный, но голодный
Для виду прейскурант висит
И тщетный дразнит аппетит,
Меж тем как сельские циклопы
Перед медлительным огнём
Российским лечат молотком
Изделье лёгкое Европы,
Благословляя колеи
И рвы отеческой земли…
Клинский уезд пушкинского времени был разнообразен, и, хотя бы в чём-то, менялся с каждым приездом Пушкина. И уж, конечно, менялся со сменой времени года, чему Пушкин был заинтересованный свидетель…

Известно, что Александр Сергеевич Пушкин родился 26 мая(но новому летоисчислению, 6 июня) 1799 года. Семья Пушкиных – Сергей Львович и Надежда Осиповна по разным причинам, более всего денежного характера, часто меняли адрес своего жительства в Москве.

До недавнего времени в Москве домом, в котором родился великий поэт, считался не сохранившийся дом на Молчановке. Ныне на этом месте (ул.Баумана,10) поставлен бюст поэта, его именем названа рядом расположенная школа. Однако лет двадцать тому назад замечательный московский историк-исследователь Сергей Константинович Романюк, рассмотрев внимательнее и глубже архивные документы, нашёл другое, более точное место рождения великого поэта – в доме И.В. Скворцова на углу Малой Почтовой улицы и Госпитального переулка, о чём тогда вскоре сообщила газета “Правда”. Эта находка произвела настоящую сенсацию в московском краеведении и пушкиноведении…

Вот отсюда-то, с берега тихой Яузы и отправилась семья Пушкиных со своими детьми — к берегам реки Сестры — в дальнее путешествие, в котором важное место занимал путь через Клинский уезд – в родовое имение усадьбу Михайловское.
Конечно, и Сергей Львович и Надежда Осиповна не первый раз отправлялись из Москвы в сторону Петербурга и обратно, и неизменно, как и у других путешественников между столицами, их путь пролегал через Клин, являвшийся привычной пересадочной станцией для всех проезжающих.

Но в первый в своей жизни раз отправлялся в такое дальнее путешествие маленький Пушкин у матери и няни на руках. И нам важно об этом знать: ведь маленький город Клин вошёл в судьбу гения русской литературы раньше, чем сельцо Михайловское и тем более раньше, чем Санкт-Петербург!..
Предполагается, что Пушкины выехали в cентябре 1799 года, ещё в сухое время года, чтобы не попасть в самое худшее время осенней распутицы.

Кто же ехал на этот раз? Подробности езды можно только предполагать. Скорее всего, Пушкины ехали в двух экипажах. В первом, должно быть, помещались отец – Сергей Львович, его слуга-камердинер и все дорожные запасы еды и платья, которых должно было хватить до Михайловского. Следом, во втором экипаже, должна была ехать мать – Надежда Осиповна. Её должны были сопровождать две няни их детей – крепостные Пушкиных. Это были: няня крохотного Саши, которому исполнилось всего четыре месяца, — 32-летняя Ульяна Яковлева и няня старшей, года и семи месяцев, Олечки – 40-летняя Арина Родионовна Яковлева…

Без сомнения, поездка родителями была задумана рискованно и авантюрно – с двумя младенцами в тяжелую дальнюю дорогу , и это, прямо скажем, трудно объяснить. Родителей можно оправдать только тем, что поездка сейчас в сельцо Михайловское (ошибочно часто говорят и пишут “село”) для Сергея Львовича была вынужденной…

Первая остановка Пушкиных, как всегда, — это село Всехсвятское, ныне район метро “Сокол”. Далее небольшая остановка – деревня Кобылья Лужа (ныне город Химки), далее – первая почтовая станция Чёрная Грязь.

Экипажи с малой семьёй Пушкиных вступили на землю Клинского уезда, не доезжая деревень Талаево и Кресты. Впереди они увидели деревню Солнечная Гора с видневшимся справа, у самого озера Сенеж деревянным Никольским храмом (постройки 1777 года) села Никольское-Хлопово (ныне здесь курсы “Выстрел” имени Маршала Б.Шапошникова.). Но, не доезжая деревни, недалеко от шоссе путники увидели слева деревушку Бутырки, каменную Преображенскую церковь села Спасское-Телешево, построенную в 1782 году ( ныне вошла в черту города Солнечногорска), а прямо за нею – в отдалении — каменную церковь Успения Пресвятой Богородицы села Обухово, построенную в 1759 году знакомыми Пушкиных — владельцами Лопухиными. Храмы Клинской земли явились наиболее яркими впечатлениями Пушкиных и четкими ориентирами в живописных природных просторах Подмосковья. В Солнечной Горе (Голизино) отдохнули на второй от Москвы почтовой станции.

За Солнечной Горой проезжали по болотистой местности, где путников только и спасали бревенчатые и хворощатые гати, мосты и переезды. Читатель, наверно, помнит, как писал об этой дороге наш земляк Александр Николаевич Радищев: “Зимою ли я ехал или летом, для вас, думаю, равно. Может быть, и зимой, и летом. Нередко то бывает с путешественнниками: поедут на санях, а возвращаются на телегах…Летом…Бревешками вымощенная дорога замучила мои бока; я вылез из кибитки и пошел пешком…”. Это писал взрослый человек, которому во время поездки было 30 лет. Каково же было ехать маленьким Пушкиным? Наверно, няни обложили их всеми подушками, что были в семейном хозяйстве.

После деревни Зипуново, Мошницы тож, потянулись казавшиеся бесконечными еловые леса. За деревней Давыдково переехали реку Сестру и увидели белеющую справа от дороги каменную Преображенскую церковь Молчановского погоста, построенную в 1733 году. За нею виднелась деревня Борозда, а далее деревушка Гаврилово, что потом стала местечком Белозерки…

Перед самым городом Клином взору Пушкиных слева от шоссе явилась церковь Успения Пресвятой Богородицы села Демьяново, постройки 1746 года, сиявшая нарядной классической охряной желтизной с красиво выделенными белыми пилястрами , карнизами и наличниками. Под закатным вечерним солнцем над колокольней и над куполом ослепительно золотились кресты. Там заметно кудрилась парковыми и садовыми деревьями богатая усадьба московских знакомых Сергея Львовича – Наумовых. У самой же дороги (близ сегодняшнего Дома-музея П.И.Чайковского) блестела соломенными крышами крохотная деревенька Кошеварово. Семья Пушкиных вступала в город, окрестности которого в разные времена были насыщены именами близких и дальних знакомых и родственников…

Пушкины въехали сначала в деревню Слободку (ныне улица Чайковского). Справа, за её крышами, на берегу ручья виднелась маленькая дворянская усадьба Талицы дворян Ильиных, а далее, к реке, Подъячева слобода.

Слева увидели деревянный царский путевой дворец.

Справа на высоком холме над рекой виднелся старинный Успенский собор. Спустились не спеша к реке Сестре, переехали её по наплавному деревянному мосту, свернули влево вдоль берега и поднялись в город, повернув затем вправо к новому каменному почтовому двору, где проходила главная улица города Клина – Дворянская. В поле зрения Пушкиных ещё издали вошла гранёная колокольня Никольского храма, построенная в 1769 году. За нею виднелся Воскресенский храм в каменном исполнении. Стоявший здесь с 1712 года.

Здесь мы оставляем Пушкиным свободу действий – мы не знаем, какие планы у них сложились по поводу ночлега. Но думается, Сергей Львович был в здравом уме, понимая, что малыши устали от дорожной тряски больше, чем взрослые, и семья переночевала в здешней деревянной гостинице или, для дешевизны, ввиду большой скаредности Сергея Львовича, в одном из постоялых дворов, спросив самовар и поужинав из своих запасов.

2.
Давайте, дорогие читатели, хотя бы кратко познакомимся с Клином этого времени. Город еще только недавно опомнился и отстроился после грандиозного пожара августа 1779 года.

Несмотря на то, что прошло двадцать лет, пепелища ещё можно было видеть тут и там, так же, как и всё прибавляющиеся новые, желтеющие свежей древесиной жилые дома, трактиры, торговые лавки, склады, амбары и сараи. Пожар подтолкнул власти к размышлениям о строительстве в Клину кирпичных зданий, благо был недавно уже высочайше утвержден регулярный план развития Клина.

Старинная часть города, еще частично отделенная от нового города осыпавшимся земляным валом и запущенным рвом, была в основном заселена дворянами и чиновными людьми.

Градоначальником, а он по–старинке ещё назывался и воеводой, служил в Клину 42-летний Александр Андреевич Шведов. Жил он в приходе Успенского храма. В архивных документах того времени перечислены все прихожане Успенья. Рядом с храмом стояли два дома священнослужителей. В доме городничего жили еще: его 27-летняя жена Александра Ивановна, его вдовый 61-летний отец отставной солдат Андрей Федорович и их дворовые люди.

В четвертом доме проживал поручик Николай Никитич Доброхотов.В пятом – уездный казначей Михаил Иванович Пафнутьев. В шестом – бухгалтер казначейства коллежский регистратор Максим Артемьевич Чаев и его прачка. Далее проживали приказные казначейства. В седьмом –губернский регистратор Семен Соколов с семьей, в восьмом – канцелярист Александр Матвеев с семьей, в девятом – подканцелярист Михаил Соловьев. В десятом доме обозначен стряпчий коллежский регистратор Андрей Федорович Соколов с семьей, в одиннадцатом Клинского нижнего суда исправник надворный советник Александр Дмитриевич Пустобояров с семьей и дворовые их люди. В двенадцатом доме назван нижнего суда заседатель Николай Никифорович Алексеев с семьей. В тринадцатом (очевидно,это были присутственные места) – того же суда секретарь Гаврила Прокофьевич Астафьев, отец его отставной регистратор Прокофий Астафьев, приказные этого суда: коллежские регистраторы Федор Иванович Городецкий с семьей, Василий Иванович Крылов, губернские регистраторы: Сергей Афанасьевич Кадомнов, Александр Петрович Пылаев, подканцелярист Карп Евсеев. Далее — уездного суда судья титулярный советник Василий Иванович Зубатов ( кстати, сменивший по должности знакомого нам Николая Александровича Маслова, отца лицеиста), секретарь уездного суда коллежский асессор Михаил Ильич Ржевский (дальний родственник А.С.Пушкина) с дворовыми людьми, приказные уездного суда: губернский регистратор Дмитрий Яковлевич Львов, канцелярист Иван Андреевич Пузырев, Клинского городского магистрата коллежский регистратор Петр Петрович Зубатов, Клинской почтовой конторы коллежский регистратор Прохор Тихонов.

Наберемся терпения, дорогой читатель, и досмотрим имена наиболеее заметных по должностям клинских жителей, ведь мы же не безродные дети безродного отца.

Здесь, в приходе, уездного суда подканцелярист Григорий Иверинский, клинской градской полиции коллежский регистратор Петр Иванович Черкасов, его помощник канцелярист Петр Николаев, уездного суда подканцелярист Александр Никаноров и его брат того же суда копиист Николай Иванович Никаноров.Здесь же были отставной сержант Прохор Степанович Усачев, клинский городской лекарь Моисей Михайлович Шареградский-Паскевич, Клинского народного училища учитель коллежский регистратор Иван Иванович Волков(автор небольшого изданного учебника по истории), капитанша вдова Дарья Ивановна Кабылина, Клинского духовного правления бывший канцелярист Петр Иванович Ильинский, этого правления сторожа, присяжные, сержанты, отставные солдаты, штатные унтер-офицеры и рядовые солдаты. В приходе также числились: деревни Прасолово 18 дворов ямщики, 4 двора Экономического ведомства крестьяне, деревни Белавино 8 дворов ямщики и 4 двора того же ведомства крестьяне, деревни Шевелево 3 двора ямщики и 4 двора крестьяне того же ведомства…

Стоит кратко сказать и о приходе Воскресенского храма, а он временно считался в Клину главным, соборным. В нем было два штата. У священника Иоанна Михайлова в приходе были 2 священнических дома, прихожане – простые посадские люди, отставной казак, солдатки – 62 двора, “Клинского Яму ямщики” – 25 дворов.

У священника Иоанна Петрова в приходе были: 3 дома священнических, клинские купцы – 20 дворов, клинские мещане, в том числе отставной солдат Петр Игнатьев, – 39 дворов, Клинской Ямской Слободы ямщики – 20 дворов, Клинского Яму деревни Лаврово ямщики – 29 дворов, той же деревни Экономического ведомства крестьяне, дворовые усадьбы Талицы и крестьяне этой деревушки…

Если был ночлег, а он, скорее всего, был, то наутро Пушкины наверняка заходили в Воскресенский собор, а затем двинулись далее по Петербургскому шоссе, оставляя слева Ямскую Слободу, по улице, которая потом оформилась как Купеческая. Затем путники должны были перекреститься на видневшуюся вдали справа Знаменскую (Константино-Еленинскую) церковь в селе Майданово, построенную в 1772 году.

За деревней Маланьино начиналась снова трудная болотистая дорога с бесконечными лесами. Преодолев речку Ямугу и прокатившись вдоль деревни с тем же названием, экипажи с семьёй Пушкиных двинулись по болотистой дороге, уклонившейся вправо, и с трудом добрались до деревушки Селевино. Затем последовали долгие мрачные леса, Пушкины устали трястись по гатям из хвороста и брёвен, спасавших экипажи от погружения в бесчисленные ручейки и трясины. Наконец немного отдохнули, добравшись до села Спас-в-Заулке , где над прудом справа возвышалась и отражалась в подёрнутой ряской воде деревянная Преображенская церковь. После Спаса проехали деревню Хайлово (позднее она получила название Головково ), а миновав ещё густые леса и мокрые низины вдоль речки Дойбицы, с удовольствием увидели впереди каменную Троицкую церковь села Завидово.

Но в то время обычные проезжие гости ехали не через само село, где находился царский деревянный путевой дворец, а левее, где над прудом виднелась дорожная ямская контора с четвертой почтовой станцией под названием Черная Слобода, позднее названной Чёрный Ям. Здесь, должно быть, Пушкины остановились отдохнуть и сменить лошадей, а возможно, и поспать.

За селом путники переехали по деревянному мосточку реку Дойбицу и продвигались дальше. Прокатили вдоль деревушек Высоково, Павлюково, поднялись к деревне Елдино и далее. Остановились на краткое время передохнуть в селе Воскресенское-на-Шоше. Потом, оставив справа Воскресенскую церковь и кладбище, ринулись вниз, к реке Шоше.

Здесь экипажи Пушкиных отбарабанили по бревенчатому мосту через реку и, оставляя справа деревню Низовку, оказались на территории Тверского уезда Тверской губернии…
Маленький Пушкин проводил остальное время осени 1799 года и последующую зиму с родителями, сестренкой Олечкой и нянями Ульяной и Ариной в сельце Михайловское Опочецкого уезда Псковской губернии. Там , на широких луговых просторах над рекой Соротью, набирался он сил и здоровья, дышал чистым воздухом озера и лесных полян. А потом, к концу зимы, в марте 1800 года, вся семья снова погрузилась в экипажи и отправилась в Петербург, где, сняв квартиру, проживала примерно с марта по сентябрь 1800 года.

Пребывание в Петербурге запомнилось одним случаем, который потом долго рассказывали в семье и среди родных. Однажды няня Ульяна с маленьким Пушкиным ( он уже научился ходить) прогуливалась по Летнему саду, куда Пушкин через четверть века отправит и маленького Евгения Онегина. Случилось, что по Летнему саду в это время проходил император Павел Петрович. Поскольку все, узнавшие его величество, снимали шапки, то Павел сделал няне Ульяне внушение за то, что не сняла вовремя с маленького Саши картуз.

Так произошла первая и единственная встреча Пушкина с Павлом Первым, которого через восемь месяцев убьют…

В обратном порядке проносились мимо маленького Пушкина села и деревни Клинского уезда, начиная селом Воскресенское-на-Шоше владения графов Шереметевых, и заканчивая деревней Талаево, когда Сергей Львович и Надежда Осиповна возвращались из Петербурга через Псков, Тверь и Клин в Москву.

Происходило это, скорее всего, в конце сентября 1800 года, пока дорогу совсем еще не развезло осенней распутицей. Приехав в старую столицу, сняли новую квартиру в доме Волкова на углу Чистых прудов и Большого Харитоньевского переулка (ныне Чистопрудный бульвар,7). Малышу Пушкину, будущему гению русской литературы, в этот момент исполнились год и четыре месяца. Но вторая встреча с Клином уже тоже состоялась.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *